ТАЙНЫ СССР ОСТАЮТСЯ ЗА СЕМЬЮ ПЕЧАТЯМИ
(АРХИВЫ СНОВА ЗАКРЫВАЮТСЯ)

Анатолий Прокопенко,
историк, в прошлом глава Особого архива


        ЛЕБЕДЬ: Прошу внимания к этой экстраординарной статье!

        Анатолий Стефанович Прокопенко, историк-архивист, в прошлом возглавлял знаменитый Особый архив (ныне Центр хранения историко-документальных коллекций) - огромное сверхсекретное хранилище трофейных документов из двадцати европейских стран. В 1990 году Прокопенко представил в ЦК КПСС неопровержимые документальные свидетельства о расстреле под Катынью польских офицеров. После Особого архива - заместитель председателя Комитета по делам архивов правительства РФ, консультант Комиссии по реабилитации жертв политических репрессий при президенте РФ.


        Снова убеждаюсь: чем больше в стране государственных тайн, тем ниже уровень нравственности и у власть предержащих, и в обществе. А какое пьянящее чувство информационной свободы испытали мы в августовско-сентябрьские дни 1991 года! Вот-вот откроются самые секретные архивы! Б.Ельцин без колебаний, где-то в глубине осажденного гэкачепистами Белого дома, подписал коротенькие, но такие взрывные, эпохальной значимости, указы о немедленной передаче в пользование народа вожделенных архивов ЦК КПСС и КГБ СССР и благословил исполнить все это взбудораженному, с автоматом наперевес, тогдашнему главному архивисту России Р.Пихое.
        В считанные дни были реквизированы архивы ЦК КПСС. Проблем не возникло, ибо обитатели цитадели на Старой площади стремглав бежали от греха подальше. А вот войти в чекистское нутро на Лубянке оказалось слабо. Дзержинцы свое здание не покинули, спокойно выдержав как психологическое, так и некоторое физическое давление бушевавшей в центре столицы толпы.
        Однако цивилизованного фронтального раскрытия документально-информационной истории КПСС и советского государства в итоге не произошло.
        Мало кому известная встреча Ельцина поздней осенью 1991 года с руководством главного разведывательного управления положила начало медленному, но последовательному свертыванию процесса раскрытия секретных архивов.
        Мне возразят: позвольте, а документальный суд над КПСС! А разоблачение террора против собственного народа ВЧК-КГБ! А публикация документальных сборников серии "Россия, век XX" и всевозможные телерадиоперадачи и газетные статьи по сему поводу! Отвечу: не хватало еще, чтобы новое Российское государство, возвестившее об освобождении от большевистских пут, умолчало о вопиющих преступлениях партии.

Закон о тайне

        Речь о другом - о самой проблеме и принципах информационной гласности. Она может считаться решенной, если законодательно демократизированы (а стало быть, и понятны обществу) три механизма: образования государственной тайны, ее рассекречивания и действенности журналистских и прочих расследований, основанных на секретных документах.
        Никакого заметного прогресса здесь, увы, не достигнуто.
        Запрет на конфиденциальную информацию, подпитанный почти пятью десятками указов и законов о защите государственной тайны, поразил многие сферы державной деятельности. Секреты везде - от политики до экологии. И каждому, пытающемуся ради благополучия общества предать гласности то, что объявлено тайной, - к примеру раскрыть экологические преступления на Новой Земле -грозят карами.
        30 лет - срок неразглашения для государственной тайны, 75 лет - для сведений о личной жизни. Что под этим подразумевается? Очевидно, речь может идти о болезнях, имуществе, морали. Но если человек состоял на руководящей государственной службе и тем более, если его имя тесно связано с историей страны, то ссылки на личную тайну служат намеренному сокрытию или искажению фактов истории.
        Оставляю в стороне необходимую секретность обороноспособности страны, военно-экономической деятельности, разведывательной, оперативно-розыскной и следственной работы. Остальная секретность придумана людьми, стоящими во главе власти, ибо не было и нет руководителей государства, не допустивших серьезных государственных ошибок. А есть такие, кто совершил и преступление против своего и чужих народов. И потому сроки раскрытия важнейших по информативности документов, отражающих неблаговидные деяния, отодвинуты с помощью закона на десятилетия вперед, то есть до той поры, когда действующие лица уйдут на пенсию или покинут мир земной.
        Замечено, что как только власть берут в своих руки новые люди, на головы ошарашенных подданных немедленно выливаются документы о жизни и деятельности поверженных противников. Так было после октября 1917 г., так было после августовских событий 1991 г., и ведь при этом сроки секретности никого не останавливали.
        Закон о государственной тайне от 21 июля 1993 года ничего секретного не содержит. А вот все, что в соответствии с ним делается, нам с вами неведомо.
        Закон предписывал ведомствам разработать программы, перечни и порядок пересмотра (каждые пять лет!) засекреченных документов на предмет освобождения их, если это стало возможным, от грифа. 30 лет - крайний срок, который "в отдельных случаях" может продлеваться. В результате документов, что лежат более 30 лет, оказалось, я думаю, больше, чем тех, что находятся в закрытых хранилищах меньше этого срока.
        Итак, перечни государственных секретов определены. Сотни погонных метров полок в ведомственных и государственных архивах с закрытыми документами. Пласты материалов 30-80-летней давности.

Что скрывает "Особая папка"

        Центр хранения современной документации (бывший архив общего отдела ЦК КПСС).
        Проще назвать, что в этом узилище предоставлено общественности для изучения, нежели то, что спрятано. Спрятаны, прежде всего, фонды международного отдела ЦК КПСС, повествующие о сговорах СССР с одними странами против других, о вторжении в Чехословакию, Венгрию, Афганистан, о подавлении национальных движений в Прибалтике, Закавказье. Деталь: в документах о венгерских событиях 1956 года приводятся факты вывоза советскими "особистами" на Украину и пристрастных допросов 13-15-летних венгерских "контрреволюционеров"!
        Закрыто большинство документов в специальной картотеке "Особая папка". Что там? Например, донесения об идеологической и моральной обстановке в Большом и Малом театрах, агентурные разработки практически на всех знаменитых литераторов, художников, музыкантов, политиков, военачальников (особенно пухлые дела на Г.Жукова и К.Рокоссовского), информация МГБ о месте хранения рукописей Коперника, о разборке и сортировке ценностей, изъятых в Рейхсбанке, о затоплении немецкого крейсера "Зейдлиц". В фондах "Особой папки " - ходатайство Коллонтай о снятии судимости с загадочного человека из окружения Сталина некоего Канделаки, причастного к трагедии Тухачевского А что подразумевалось под "недостойным поведением некоторых членов футбольной команды "Спартак" в Норвегии в 1950 году? Этот секрет - тоже в "Особой папке". В ней же - документы о блистательной выдумке бывшего главного редактора "Красной звезды" Ортенберга и журналиста Кривицкого о подвиге 28 панфиловцев.
        Никакой рядовой исследователь без разрешительного повеления сверху не получит ни одного из ста томов о нарушениях законности в СССР в 30-50-е годы, рассмотрением которых занималась специальная комиссия ЦК КПСС.
        Не более радостная картина и в архивах бывших обкомов КПСС. Иные директора словно стерегут их для старых хозяев.
        Только избранным дозволяется знакомство с бумагами Сталина в архиве президента РФ.
        Бывший архив КГБ СССР. Почище сердца Кощея Бессмертного надежно упрятанный в глухих лесах, он по-прежнему величественно недосягаем. Да, открыт для родственников жертв политических репрессий читальный зал в Москве на Кузнецком мосту. Но это - вынужденная дань времени, закону о реабилитации.
        Еще более недоступен архив МВД СССР. Попав туда недавно со второй попытки, и то по просьбе председателя комиссии по реабилитации жертв политических репрессий А.Яковлева, я поразился пустоте так называемых "листов использования" архивных дел, которых, выходит, никто до меня не касался. В этом архиве - море информации об империи ГУЛАГ. Без нее все имеющиеся исследования по данной теме можно считать только предварительными набросками.
        Неведомы обществу исторические части архивов президента РФ, правительства РФ, архивы главной военной прокуратуры СССР, военной коллегии Верховного суда СССР, прокуратуры СССР, Верховного суда СССР. Полуоткрыт вход в архивы МИД СССР и МО СССР. В последнем, к примеру, засекречены первичные допросы немецких военнопленных, сведения, "искажающие моральный облик советского офицера".

Скажите, что документы сгорели

        Был момент в начале 1992 г., когда президент согласился было рассмотреть вопрос о передаче большинства архивов силовых и правоохранительных органов СССР в ведение государственной архивной службы (т.е. в ведение народа). Архивные руководители тогда насмерть перепугались "подарка", связанных с ним хлопот. Сам был тому свидетелем. Даже если бы эта акция и состоялась, думаю, что фонды силовых и правоохранительных ведомств все равно остались бы под замком. Чиновникам удобнее жить, делать карьеру под завесой секретности.
        Одни заинтересованы в том, чтобы не порочили "славное" прошлое, другие защищают честь мундира, третьи извлекают максимальную прибыль из использования формально секретных и, стало быть, эксклюзивных документов. А иные архивы попросту освободили себя от систематической и очень напряженной работы по рассекречиванию своих фондов. Ведь за это никто не спросит. Контроля нет.
        Совсем недавно при скандальных обстоятельствах в Особый архив пришла комиссия Государственной архивной службы, которая должна была доказать организаторскую никчемность директора. В архиве работают сотни исследователей. И вдруг на девятом году его открытого режима комиссия спрашивает директора: а на каком, собственно, основании доступен для исследователей засекреченный правительством архив? Почему, возглавив архив четыре года назад, директор не сигнализировал о нынешнем его "незаконном" статусе? В нем что - нет никаких секретов? - "Нет", - искренне и по существу правильно ответствовал директор.
        Предчувствую - закроют Особый архив! Вольют его фонды в другие государственные архивы, быстрехонько определят им место в секретных отделах. Вот и задаю себе вопрос: а не прими я в 1989 году с помощью "Известий", в полном моральном соответствии с духом горбачевской перестройки, с курсом на гласность личного решения обнародовать сам факт существования Особого архива, когда и как стало бы известно о нем? Горько возвращаться к разбитому корыту.
        Уже возрождена эта "добрая" советская традиция тайного перепрятывания отдельных документальных фондов из одних архивов в другие, дабы сбить с толку российских и заграничных исследователей. Директор государственного архива, откуда ушли под покровом ночи в казематное небытие весьма важные фонды, спросил у одного из бывших столпов государственной архивной службы: что же мне говорить, если спросят об этих фондах? Получил совет: скажешь, что сгорели, украли.
        В том же Особом архиве ученым из-за рубежа, занимающимся поиском пропавших в советском плену соотечественников, не выдают документов тюремного и политического отделов ГУПВИ (Управление по делам военнопленных и интернированных МВД СССР). Но именно в них - ключ к разгадке причин гибели без вести пропавших. А дело в том, что документы увенчаны подписями засекреченных сотрудников органов безопасности, которые, согласно закону, раскрывать нельзя. Так возьмите и замалюйте эти никому не нужные фамилии! Нет. Лучше не допускать к правде.

Почему все-таки убили Валленберга

        Вернемся к архивам КГБ. Чекисты сбагрили в открытые государственные архивы ставшие им не нужными так называемые "фильтрационные" дела на бывших советских военнопленных, обвиненных Сталиным в измене Родине. Время от времени выпускают на информационную волю материалы о репрессиях.
        Закрыты документы о таинственных судьбах многих ключевых фигур как отечественной, так и мировой истории. Между тем, знание обстоятельств их загадочных исчезновений приведет к пониманию иных глобальных политических, экономических и военных событий ХХ века.
        Вот многострадальный Рауль Валленберг. Будучи в свое время руководителем рабочей группы парламентской комиссии по так и не состоявшейся передаче архивов КГБ, я держал в руках и бегло пролистал в одном из хранилищ ведомства довольно пухлое досье друга чекистов с двадцатых годов графа Толстого-Кутузова, волею судеб, а, может быть, советской госбезопасности, тесно общавшегося в Будапеште с Валленбергом. Из этого досье, наверняка, можно понять причину ареста и гибели дипломата. Сводному брату Валленберга, тщетно пытающемуся узнать правду о его смерти, отвечают, что такого досье в архиве ФСБ нет. Приговорен же шведский дипломат был, по моему разумению, из-за его решительного отказа помочь чекистам, намеревавшимся использовать влиятельного Валленберга для внедрения в структуры мировой финансово-экономической олигархии.
        А позволительно ли в угоду неизвестно каким государственным интересам водить за нос людей по поводу дела Берии? Одни рассказывают, как бесстрашно его арестовывали, другие - как происходил суд, а третьи - о том, что ничего этого не было: прямо на заседании президиума ЦК КПСС один храбрый офицер подошел сзади к Берия и убил его! Я видел, читал несколько писем Берия уже из лефортовской тюрьмы. Это - фальсификация или правда? Все документы, касающиеся устранения Берия, где бы они ни хранились, в архивах КГБ или президента РФ, - должны быть предоставлены широчайшему кругу исследователей. Или эти бумаги тоже несут секретную информацию?
        Исследователи причин смерти Сергея Есенина давно пришли к выводу о прямой причастности к гибели поэта ОГПУ. И документы об этом есть в КГБ, да вот уже семь десятилетий не дают читать их. Ради одного только снятия греха самоубийства с души великого поэта должны быть названы поименно нечестивцы, оборвавшие его жизнь.
        В архивах международного отдела ЦК и тесно связанного с ним Первого главного управления КГБ - фантастическое число документов по так называемым "активным" мерам, задача которых - воздействие на политику стран-противников и дезинформация мирового общественного мнения. По некоторым данным на это партия тратила ежегодно миллионы долларов. Благодаря искусно продуманной линии с успехом удавалось до поры до времени создавать у международного сообщества мнение о розовой идиллии развитого социализма. Именно поэтому так долго не поддерживалось Западом диссидентское движение, поэтому считалось, что академик Сахаров в Горьком благополучно жил и плодотворно работал.
        И эти документы - тоже государственный секрет? Полноте! Все они давно должны быть в широком научном обороте. Во-первых, молодые историки научатся разбираться в информации, соответствующей и не соответствующей историческим реалиям. А во-вторых, убедительно раскроют глаза зачумленному большевистской пропагандой взрослому люду и подрастающему поколению на безнравственную политику КПСС, обернувшуюся в итоге полным поражением коммунистической доктрины.
        То, что Верховный суд и прокуратура передают на государственное хранение в наш национальный архив, - семечки. А не передают они свидетельства массового антиправосудия, творившегося исключительно в угоду политическим и идеологическим требованиям власти. Не стану вспоминать суды на мучеником Хинтом и другими советскими предпринимателями, чьим талантом и усердием только могло и может прирастать богатство страны, над участниками памятного узбекского дела. Приведу пример расправы над обычным, хорошо мне известным, человеком из архивной среды.

В домах вельможных вдов

        В 70-е годы был брошен клич: соберем и сохраним для потомков личные архивы выдающихся советских людей. И стали заполнять архивы... грамотами Героев социалистического труда, документами о трудовых подвигах. А вот проницательному молодому архивисту В.Соколову показались куда более интересными архивы государственных и политических деятелей, военачальников и т.д. И благодаря ему в государственные архивы и музеи поступили бесценные по информационной насыщенности личные фонды, например, бывших председателей КГБ СССР Игнатьева и Серова, сталинского наркома юстиции Вышинского, заместителя начальника кадров МО СССР Хижняка, собравшего множество фактов из личных биографий крупных военачальников, заведующего оборонным отделом ЦК КПСС Сербина, заместителя министра ВД СССР Папутина, покончившего жизнь самоубийством, письма Куприна, балерины Дункан.

Все совсекретно!

        Архивист Соколов, естественно, привлек внимание контрразведчиков. Зачем ходит, куда не просят, для чего собирает документы? Его приглашали на Лубянку, ему ласково внушали: прекратите контакты с вельможными вдовами. Не внял. И вот Соколова искусственно втягивают в состряпанный МВД уголовный сценарий, связанный с филателией и международной контрабандой. Суду было приказано упечь невиновного человека за решетку.
        После шести лет неволи Соколова оправдали по части документов и марок, но осталась загадочная запись: осужден за другие деяния. Соколов продолжает бороться за полную реабилитацию. Верховный суд хранит молчание. Кстати, на уголовном деле Соколова до сих пор красуется штамп "СС" - "Совершенно секретно".
        Судебная расправа над Соколовым отбила охоту к поиску личных архивов. Остались почти безнадзорными и частично растащены фонды многих государственных функционеров. Например, Е.Фурцевой. Среди ее бумаг - письма С.Рихтера и М.Шолохова, Д.Ойстраха и Д.Лоллобриджиды, Г.Киссинджера и членов семьи Ф.Шаляпина, Н.Обуховой и А.Твардовского, патриарха Пимена и Г.Карояна. И россыпи уникальных фотографий.
        Из фонда знаменитого полярного летчика Молокова можно узнать, отчего Сталин отказался от иностранной помощи при спасении экипажа ледокола "Челюскин". А оттого, что волею судеб поблизости вмерзла в лед баржа-могила с заключенными. В дневниках маршала Астахова есть записи о двух покушениях в годы войны на Верховного главнокомандующего. В бумагах военного комиссара 12 армии Кучинского названа истинная причина гибели легендарного Николая Щорса, пугавшего своеволием большевистских вождей.

Дело вершат генералы

        Кто те мудрецы, что определяют: это народонаселению сегодня знать можно, а это - нельзя. Не поверите, но вершат дело генералы из силовых министерств, составляющие официальную межведомственную государственную техническую комиссию. Без нее ни один документ, созданный в государственном учреждении, не может быть рассекречен ни в национальном архиве, ни тем более в ведомственных архивах (МВД, ФСБ и т.д.).
        Техническая комиссия работает неспешно, а некоторые, более низкие по рангу, вообще заснули, как, скажем, комиссия по рассекречиванию документов бывшего ЦК КПСС. Принципы рассекречивания - расплывчаты, планы - никому не известны. Решения принимаются то по какой-нибудь тематической группе документов, то по отдельному факту. При таких темпах и методах, обставленных кучей бюрократических согласований, история советского государства, и то не в полной мере, станет доступной не раньше середины XXI века.

Известия 09/25/97




Web space provided by SeaWest Communications