[Голос Владимира Баранова из Гусь Буки - 2002 г.]
Религиозные и национальные вопросы меня и вправду мало волнуют. Но в каком-то
смысле отношении обращение к нац.проблематике для православной души суть то же,
что баня с веником для великорусского организма. Только что наш уважаемый редактор,
образно говоря, поддал изрядного пару на раскалённые ближневосточные камни национального
вопроса. Захотелось добавить к сему несколько капель и от себя тоже.
Два мелких народа, – израильтяне и палестинцы, – одинаково страдающих религиозной нетерпимостью, уже отняли у человечества не мерянные триллионы долларов и отравили всю послевоенную мировую историю бесконечной вооружённой вознёй. За полвека эти два народца, в культурном отношении давшие миру меньше, чем монголы, уже как минимум дважды приводили мир на грань мировой термоядерной, а один раз отменно проучили западный мир спровоцированным мировым энергетическим кризисом. На примирение двух этнических гомункулусов, так и не сумевших создать за исторически продолжительный интервал ни своих национальных культур, ни сколь-нибудь достойной государственности, человечество выложило больше, чем на мировую космонавтику за всю её историю, включая высадку человека на Луну, да и вообще, наверное, на всю мировую науку с культурой и здравоохранением вместе взятых не ушло столько денег, сколько на создание Израиля и все связанные с ним конфликты. Притом что триллионы долларов, выплаченные налогоплательщиками США и арабскими шейхами на ближневосточные войны, никто и никогда в мире не считал типа ненужными затратами. Экспедиция к Марсу, тут говорили? Это совсем другое дело. Разве нужна она человечеству, эта миссия стоимостью 30-100 гигабакс. Нет, слишком дорогое удовольствие. Вот в смердящем ближневосточном сортире ковыряться весь мир во главе с ООН готов вечно, притом с колоссальным усердием, терпением и тщательностью. А уж сколько денег, и бесценных человеческих жизней, которые в обозримом будущем провалятся в ближневосточное очко, никто и считать не станет. Чего их считать, ведь коли особо “повезёт”, того и гляди, вся цивилизация запросто потонет в этом бездонном общечеловеческом сральнике (см. правдоподобный сценарий у Лебедева в текущем выпуске).
Ситуация, короче, предельно ясна. Теперь ещё один тезис. Как известно из авторитетного источника, род приходит и род уходит. Как, например, в той же Европе, где православные христиане под натиском общечеловеков отступили от своих святынь на Косовом поле и где теперь под сочувственным покровительством протестантов и католиков, создаётся еврохалифат. Ради отселения сербов от их святынь европейские социалисты, получающие сейчас везде на выборах превосходные подсрачники от своих избирателей, пошли на то, чтобы вывалить на густонаселённую европейскую страну бомб в сто раз больше, чем на талибские крепости в афганских пустынях Запомним этот прецедент: отнять у народа его землю и храмы можно, можно, можно и можно!!! А кто не понимает, того в гаагский суд.
Хватит! Беззаботному бандитизму ближневосточных полудурков пора положить конец.
И дело тут вовсе не маразме престарелых террористов – 73-летнего Арафата и 72-летнего
Шарона – отвратно и абсолютно неприемлемо для цивилизации существование обоих
этих (чуть не сказал государств) источников терроризма, созданных нелепым решением
ООН от 1947 года по мотивам ныне забытых интриг и неактуальных амбиций давно уже
покойных политиков. Обоим структурам – Израилю и Палестине – человечество в лице
ООН и других авторитетных организаций должно пригрозить отзывом лицензии (или
как оно там было поименовано то решение ООН о создании еврейского и арабского
государств на бывшей британской подмандатной территории) и отселением с территорий
по сербскому прецеденту (с предварительной бомбёжкой городов и последующим уютом
гаагских узилищ для лидеров). Сейчас чурки метелят друг друга абсолютно беззаботно.
Но если над ними будет висеть, пусть пока чисто теоретическая, идея отселения
– одних в Биробиджан, других – в Гуантанамо, они всё ж таки хоть немного задумаются,
прежде чем снова хвататься за свои калашниковы или узи. А постепенно общественное
мнение в мире свыкнется с идеей, что за беспредел с ближневосточцев есть основание
спросить. Идея, конечно, не новая, но ведь всё новое есть всего лишь слегка подзабытое
старое. Ну а прецедент с лишением народа его исторических земель – за недостаточно
хорошее политическое поведение – уже, слава богу, создан, так что дело за малым,
всего лишь за юридическим оформлением данной неновой, но здравой в основе, идеи.
Я, честно говоря, специально не считал, но догадываюсь, что скромные успехи Израиля, щедро оплаченные – по сентиментальным соображениям – зажиточными людьми всего мира, а по соображениям политическим – налогоплательщиками США, во-первых, невероятно раздуты, во-вторых же, весьма невзрачны в смысле стандартного экономического критерия “затраты/выпуск”. За полвека существования в идеальном климате, с учётом триллионов $ вложений и 0 долгов (все долги Израиля списаны) то, что было достигнуто, скажем мягко, полное дерьмо. А что есть-то? В наличие имеется теократическое государство, хотя и с элементами демократии, но и с принципиальным паразитизмом религиозной прослойки и разновидностью расовой теории в качестве государственной идеологии. Ну ещё мелкий софтверный и оружейный бизнес. Команда “Маккаби”, уже, впрочем, потерявшая чемпионский титул. Мелкий туристский бизнес, совершенно несоразмерный имеющимся возможностям. Элементы импортированной культуры. Неукорененные, впрочем. Всё, кажется? Абсолютно всё! Ни мира с глупыми, слабыми соседями, ни ну хоть сколько-нибудь заметных интеллектуальных достижений. Но не будем забывать, что в пески обетованной земли помимо немеренных денег (как в абсолютном, так и в относительном выражении), был вложен фантастический human capital из нищей России: неприхотливый, отчаянный, образованный, не ушибленный жуткой средневековой тоталитарной иудейской религией советский еврей косяком ехал в самые трудные для Израиля 70-е защищать эту страну и строить её фактически “с колышка”. Если угодно, это был эксперимент, за который пора бы и отчитаться. За коммунистический эксперимент в России отчёт был предъявлен всему миру и никто не может сказать, что полёт Гагарина осуществили за американские деньги или на американских технологиях. За безумный эксперимент на Ближнем Востоке никто, похоже, отчитываться не собирается, великая Америка делает вид, что она не причём. Куда ж ушли триллионы долларов? (В скобках вообразим себе на мгновение приход такого количества деньжищ в Россию. Вообразили? Тут же забудьте!!!)
Но эксперимент, тем не менее, завершён
и вот какие предварительные результаты можно зафиксировать.
Язык эсперанто
был создан усилиями бедных энтузиастов – совершенно бесплатно – и занял в итоге
свою нишу в области ненужных чудачеств. Искусственный язык для живой жизни? Нонсенс!
Израиль и Палестина были созданы усилиями богатых энтузиастов и за огромные деньги,
но по той же причине, по которой провалился филологический эксперимент, социально-политический
эксперимент на Ближнем Востоке просто не мог породить государственность иную,
как только ту, которую великий русский писатель Юлиан Семёнович Семёнов очень
уместно сравнивал с зудом в простате.
Сколько же ещё продлятся родовые муки
означенной еврейской и палестинской государственности? Да это и не муки вовсе,
уважаемые дамы и господа, а зуд, зуд, зуд, ззуд, зззззуд – аааааааа!!! – во Всемирной
Простате.
Рецепт: если беспокоит Гондурас, не чеши его.
Marco Polo USA - Friday, May 03, 2002 at 00:03:08 (CDT)
Так в связи с Барановым. Судя по выступлениям - очень он сильно нынче
евреЁв не заполюбил.
Помилуйте, Marco, где ж Вы такое у меня вычитали? На самом деле мне на всякую, в т.ч. и на свою собственную, национальную принадлежность, глубоко наплевать. И на имевший место всплеск дежурного семитизма хитроватых дураков, сознательно, не скрою, спровоцированный мною цитированием Гоголя, я плюю столь же глубоко, как и на волшебный советский 5-й пункт [“Меняю еврейскую национальность на две судимости”]. И в этом, я, к счастью, не одинок. Так, умнейший Виталий Лазаревич Гинзбург, глубоко порядочный человек, кстати, единственный, кто в “брежние” времена отказался подписывать известное письмо академиков в “Правде” против Сахарова, предостерегает от огульного записывания в антисемиты всех, кто всуе употребляет слово “еврей”. Сказано это было академиком буквально на днях, в контексте осуждения им вполне предсказуемых воплей дураков по поводу антисемитизма книжки Солженицына “200 лет вместе”. Я, впрочем, благодушия Гинзбурга по поводу Солженицына не разделяю, так как последний, на мой взгляд, очень хитёр и, будучи более политиком, чем писателем, часто и довольно ловко подстраивается под аудиторию, в т.ч. и под почвенников с их живописно-театральным антисемитизмом.
Но вот кто мне объяснит, почему
Гоголю с Достоевским легко прощается просто-таки зоологическое юдофобство? Да
и Пушкину ведь никто “жида-лиходея” в укор не ставит. Этот вопрос я здесь уже
как-то задавал и даже не раз, но он какой-то “неудобный, что ли, этот вопрос и
его всякий раз тут забалтывали. На самом же деле, я полагаю, что знаю истинный
ответ, вот он: матерщина, безумие, антисемитизм, неопрятность, пьянство и всё
такое прочее, что низкими и подлыми людьми проделывается омерзительно и приводит
к самым скверным результатам, те же самые деяния, проделываемые гениями, оказываются
на поверку уже совершенно иной, божественной природы. Различия – абсолютно иррациональны,
да и не нуждаются они ни в каком в рациональном объяснении. Ведь каждый из нас,
из собственного бытового опыта знает, что сказать человеку “дурак” можно самыми
разными способами – и в форме особо ласковой похвалы, и как тягчайшее оскорбление.
А мой тест с цитированием классика результаты дал весьма обнадёживающие: дураки
у нас здесь всё-таки в меньшинстве. С чем я всех и поздравляю, друзья!
Прошу
извинить за пространный постинг, но цитата уже очень ксенофобная, притом что зело
американская, источник: "Вашингтон профайл", адрес издания http://www.washprofile.org.
Единственное, в чём я пожалуй не согласен с авторами данного текста, совершенно
справедливо утверждающими, что ислам в принципе нереформируемая система взглядов,
так это в том, что существует какое-то различие между неким "радикальным исламом"
и "просто исламом". Ислам сам по себе настолько радикален и нетерпим, что называть
радикальное учение радикальным, всё равно что называть бандформирования незаконными.
Таким образом, выводы статьи о том, что радикализм имеет тенденцию к исчезновению,
надо читать так: нефть кончается, а вместе с ней и американское терпение. Итак,
Исламские фундаменталисты взрывают бомбы, чтобы скрыть свою слабость
Ислам дал современному миру значительно больше фундаменталистских и радикальных
групп, чем все остальные религии мира. Они совершают террористические акты по
всему миру - на Ближнем Востоке, в Азии, в Европе и Северной Америке. Однако,
по мнению ряда американских аналитиков, несмотря на это, радикальные исламисты
в настоящий момент стремительно утрачивают влияние и уже в ближайшей перспективе
могут исчезнуть. Их террористическая активность является лишь проявлением слабости
и неумения приобрести авторитет и влияние иным образом.
По мнению Грэма
Фуллера\Graham Fuller, бывшего заместителя главы Национального Совета по Разведке
США, "Ислам является лишь тем, что хотят в нем увидеть мусульмане, поэтому он
включает в себя и Бен Ладена и Ататюрка, реформировавшего Турцию. Было бы глупым
обвинять Ислам в изначальной нетерпимости: мусульмане создали совершенно различные
идеологические культуры - Турция, мусульманские государства Южной Азии и арабские
государства имеют серьезные различия. Поэтому популярные штампы (например, что
Ислам осуждает свободный рынок или Ислам - имеет социалистическую основу) являются
лишь заблуждениями ". По мнению Фуллера, фундаменталисты потерпят полное поражение
тогда, когда скажут свое слово представители умеренных исламских течений, несравненно
более многочисленных и влиятельных. В настоящий момент "умеренные мусульмане"
доминируют в подавляющем большинстве исламских государств.
Скотт Апплби\Scott
Appleby, известный специалист по Исламу, директор Института Международных Исследований\The
Joan B. Kroc Institute, считает, что расцвет фундаментализма был обусловлен рядом
причин. Во-первых, сторонники фундаменталистов живут в странах, в которых абсолютно
невозможно по-иному выражать свое несогласие с существующими порядками. Большинство
исламских государств имеют очень жесткую социальную структуру, институты гражданского
общества не развиты или находятся под полным контролем властей. Во многих мусульманских
государствах правят диктаторы, передающие власть по наследству или королевские
династии, которые не желают допускать к управлению страной посторонних. В результате,
радикальный Ислам становится, практически, единственным прибежищем недовольных,
которые рассчитывают воссоздать идеальное исламское государство, объединяющее
всех адептов этой религии.
Во-вторых, Ислам практически неподвержен реформам.
Процесс, реформации, который произошел в Христианстве, маловероятен для Ислама
сегодня. В-третьих, политические лидеры мусульманских государств постоянно обращаются
к клерикальным кругам для легитимизации собственной власти. Это, в свою очередь,
приводит к тесному союзу между властью и религиозными руководителями - Ислам активно
эксплуатируется для достижения каких-либо политических, экономических или военным
целей.
При этом фундаменталисты являются самыми страшными врагами своих
государств, потому что они вносят дестабилизацию в общество и претендуют на роль
духовных и политических лидеров. Именно поэтому власти многих государств стремятся
побудить исламистов уехать куда-нибудь подальше от дома, дабы они вели джихад
в другом месте. Последние десятилетия таким местом был Афганистан, где фундаменталисты
всего мира вели священную войну сперва с советскими войсками, потому друг с другом,
а сейчас - с международными силами и новой афганской властью. Такими же местами,
где исламисты "выпускают пар" остаются Палестина, Чечня, Филиппины, Кашмир. Эпплюи
считает, что как только социальная ситуация в исламских странах хотя бы немного
изменится в сторону открытости и демократии, они перестанут быть питомником для
новых поколений радикальных исламистов.
Джилл Кепел\Gilles Kepel, автор
книги "Джихад: след политического Ислама"\Jihad: The Trail of Political Islam,
убежден, что радикальный исламизм и фундаментализм находится на спаде: "Он достиг
своей вершины в конце 1980-х годов, когда произошла революция фундаменталистов
в Иране, исламисты в Алжире почти победили на выборах, а в Судане заняли ключевые
посты в правительстве. Однако уже через десять лет "островом радикального исламизма"
остался лишь Афганистан. Иран начал проводить реформы, Судан начал искать сближения
с Западом (наиболее одиозные исламисты были заключены в тюрьмы), в Алжире действия
исламистов ныне вызывают лишь возмущение, события в Афганистане также хорошо известны.
Террористическая атака 11 сентября в США была проявлением изоляции, фрагментации
и утраты влияния исламистами, а отнюдь не доказательством их невероятной силы".
А.Я. Москва,
- Wednesday, August 07, 2002 at 04:15:35 (CDT)
Это называется ксенофобия,
а не национализм.
Не скрою, польщён! Уважаемый А.Я., это большая
честь для меня оказаться в одном ряду с уважаемыми всем цивилизованным миром ксенофобами
из РЭНД (см. ссылку у Ивана Лабазова @ Tuesday, August 06, 2002 at 22:17:14) и
многими другими порядочными людьми.
Заверяю Вас, что ксенофоблю я не только
национально-теологическое обоснование нынешнего терроризма, но равно и национал-социализм,
тыкскыть, старого образца. Просто последний, уже изведавший русского штыка, более
не имеет шансов возродится.
Искренне Ваш,
В. Баранов
Сабирджан
USA - Tuesday, August 06, 2002 at 19:21:11 (CDT)
Баранов - это национализм
большого народа в чистом виде: нацмены - никто, у них никакого государства не
было, мы дали им все, они могут жить только под нашим управлением и т.д.
Уважаемый
Сабирджан!
Мне, честно говоря, наплевать на обвинения в национализме, их всё
равно не избежать нормальному человеку в современном мире. Но, если идти “от противного”,
то наиболее противными мне представляются застрявшие в зловонном средневековье
исламские нации. Мне противно смотреть на толпы мусульман, ликующие по поводу
американской трагедии 11 сентября, или дико вопящие, когда наказывают кого-то
из руководителей мусульманского террора, планировавших взрывы школьных автобусов.
Если это национализм, значит я националист.
А что касается прибалтов, я всегда
испытывал к ним искреннюю симпатию. Срочную мне довелось начинать среди латышей
и литовцев. Ещё в роте был один эстонец, правда, из Вентспилса, кореец из Осетии
и несколько белорусов из Литвы. Поскольку русским языком я владел чуть не единственный
в подразделении, меня довольно быстро произвели в сержанты, и тут я впервые столкнулся
с проблемами личного состава. Быстро – на собственном опыте и наглядных примерах
– я понял, что марксистско-ленинская теория нагло врёт насчёт сближения и расцвета
наций при социализме. Лучшие солдаты, которых стремятся заполучить все командиры,
это прибалты. Притом неважно, что они бывают и необразованные тоже, но ведь командиру-то
важно другое, а это другое очень быстро себя оказывает – на ребят из прибалтики
всегда можно положиться, потому что к повседневной служебной деятельности, выпадающей
на долю советского солдата, зачастую (и преимущественно) дурацкой, они относятся
как к работе, то есть добросовестно и основательно. На всю жизнь я усвоил в армии,
как различать кавказцев: грузины – благородные, армяне – интеллигентные, исламцы,
аллах с ними, – злобные чурки. Но лучше, конечно, не обобщать, потому что исключения
случаются всегда. Если этот мой личный опыт, который я никому не навязываю, но
ни от кого и не скрываю, есть национализм, значит я националист.
А уж коли
я националист, и, по-видимому, законченный, то рискну высказать вот какое ещё
суждение по национальному вопросу в мировом, тыкскыть, масштабе. Нынешняя бесперецедентная
атака, в которую мир ислама бросился на Цивилизацию, – это его последняя и заведомо
обречённая попытка утвердить себя среди гуманоидов. Попытка заведомо обречённая,
потому что, сколько бы ни оглаживали бороды исламские теологи, ничего-то они не
могут объяснить миру, за что следует уважать их жуткое средневековое вероучение?
Согласно канонов ислама ведь как выходит? Женщина – существо полезное, но неодушевлённое,
типа как крышка от унитаза. Так или не так, Сабирджан? Только, пожалуйста, без
размазываний – да или нет? Далее, человек (т.е. мусульманин) отнюдь не мера всех
вещей, как то трактует чуждый исламу гуманизм, а лишь орудие в руках аллаха. Уже
лишь этих двух положений вполне достаточно, чтобы понять подспудные причины, вызвавшие
нынешний, возможно последний, поход ислама против Человечества. Если называть
вещи своими именами, то ислам, как альтернатива гуманизму, уже начисто проиграл
глобальное соревнование, а согласно принципу исключения Гаузе, из двух видов,
претендующих на один и тот же ресурс экологической ниши, должен исчезнуть.
Вывод: кончится нефть, кончится ислам, OK?
Я с Вами согласен,
мир пользуется арабскими цифрами, алгебра – это от Аль-Джебр, алгоритм – это от
Аль-Хорезми и полудикая Европа долгое время интеллектуально росла за счёт того,
что переводила труды арабских математиков. Но это в прошлом. А что в настоящем?
Я готов согласиться и с теми, кто напомнил бы про А.Салама (который “Салам-Вейнберг-Глэшоу”),
физика пакистанского происхождения. Какого он там вероисповедания, правда, не
знаю, но на чурку религиозного не похож и в передаче С.П.Капицы рассказывал о
науке как вполне нормальный человек. Но это такой же мусульманский учёный, как
Залман Рушди – мусульманский писатель. (В скобках замечу, мне тут пеняли на то,
что не Залман он, а Салман, так вот, была в советское время такая певица Зара
Долуханова и я тоже думал, что Зара, имя типа такое армянское, а сейчас на дисках
прямо пишут: Sara. И ещё к вопросу о советской политкорректности. В самых первых
переводах романа С. Кинга “Воспламеняющая взглядом” героиню именовали Сейра, а
нынче опамятовались и уже прямо так и пишут, как есть, – Сара. Короче, кто он
там есть, этот Залман, тем и называю и нечего тут, понимаешь, разводить цирлих-манирлих.)
Насчёт бомбы. Я сейчас парадоксальную мысль сформулирую, но ниже постараюсь
её всё же обосновать. Начну издалека. В советское время, желая уязвить кого-то
в плане общей его серости (ныне более зазорной не считающей, были б деньги у человека),
говорили: “твой уровень – цирк”. Даже вожди тогда тянулись: Сталин лично, тиран,
участвовал в съездах писателей, переписывался с Максом Горьким, говорил о поэзии
с Пастернаком и не раз смотрел пьесу Булгакова. Соответственно, он, по выражению
Чёрчилля, и “принял Россию с сохой, а сдал с водородной бомбой”. Дело ведь в чём?
Применить ОМП – это не выстрелить из подствольника по рейсовому автобусу в Грозном
или взорвать оный путём подрыва закопанного ночью в асфальт фугаса. Этому делу
любого чурку, даже не шибко знающему грамоте, иорданские инструкторы в лагерях
живо выучивают, между двумя намазами. Другое дело, чтобы создать ОМП, а затем
годами поддерживать его готовым к боевому применению, соответствующая страна должна
обладать высочайшей культурой элиты и располагать, мало того, что высокопрофессиональным,
но ещё и патриотически мыслящим офицерским корпусом. Как совершенно справедливо
говаривал дедушка Кольт, “убивает не оружие, убивает человек”. Чтобы убивать с
использованием оружия массового поражения требуется и разум ответственный и соответственный.
Таких стран как было в мире всего пять – США, Россия, Англия, Франция и Китай
– ровно столько и осталось. Украина? Даже получив готовые средства для нанесения
РЯУ по любой точке глобуса, политики раздираемой националистами несчастной страны
всё же сообразили избавиться от непосильного стране и нации бремени. Им и то,
что осталось-то не по силам, самолёты Су-27, ПВО комплекс С-200, боевые корабли
в севастопольской бухте. Кто ещё? Называют ЮАР, Израиль, Пакистан, Индию.
Да техника, железки, это, на самом деле фигня. Вот Вы компьютер берёте в лавке, он сам по себе – чудо техники, но Ваши задачи он решать не станет, пока Вы не создадите ему необходимую программу, а это уже не мусульманского ума дело. Теперь представьте задачу в 220-370 миллиардов раз сложнее, чем эта, и Вы получите скромное начальное представление о том, что такое создать (или пусть даже где-то украсть) и, – самое главное – обладать ОМП. Не знаю, доходчиво ли я излагаю, а то ведь в голливудских фильмах всё сводится к простым вещам, типа подтырить где-то бомбу помощнее и ты властелин мира. Так вот, я обещал сказать парадокс, я его говорю: в мире властвует разум и никакое обладание грубой, в том числе, военной силой, этого положения дел не меняет. У кого суммы разума больше, то и хозяин на планете.
Victor
Saturday, September 28, 2002 at 17:08:23
Ислам - мягчайшая из религий.
Конечно, сначала и Европа и Россия станут мусульманскими.
Мне эта апологетика знакома не меньше, чем американская голливудская непобедимость.
Я даже соответствующий фильм могу припомнить, “Мусульманин” под названием, реж.
Хотиненко. Не пьющий водки, не матюкающийся скверно, а читающий какую-то толстую
книгу (представляете? читающий! каждый день! книжку! трезвый!), такой мусульманин
“по Хотиненко” имеет определённые пропагандистские преимущества на фоне скудной
и раздолбайской жизни в раздолбанной и безбожной России. Но указанные достоинства
простого в усвоении тоталитарного учения одновременно являются и его пределами.
Ислам – религия толп, а можете Вы себе вообразить толпу Грибоедовых? Однако толпа,
как единственный шанс Ислама распространяться и дальше в современном мире, есть
шанс, вообще говоря, неплохой, потому что в нынешнем мире потребительский идиотизм
с одной стороны и бедность – с другой, в отсутствие духовного роста элит оставляют
людей на произвол вероучений, простых в усвоении и привлекательных для массового
человека своей свирепостью и безнаказанностью. К тому же, заметим, среди всех
идеологических систем Ислам ещё и финансируется, как никакое другое образование,
где бы то ни было и во все времена.
И, тем не менее,
шансы на мировое господство Ислама всё же куда менее реальны, чем исходные шансы
на то же самое, которыми располагал национал-социализм. Дело в том, что профессора
Эйнштейн, Гейзенберг и Шрёдингер могли выбирать, работать ли им на режим или нет,
и они сделали каждый свой выбор, в то время как для Ислама такого выбора нет и
не может быть, просто по определению. Нет и, к счастью для человечества, не может
быть исламских профессоров физики и математики. Формула “Если Бога нет, то какой
же я штабс-капитан” работает в данном случае “наоборот” и с тысячекратным усилением.
Да, можно, видимо, выучить исламского пилота (покупают же зачем-то сауды американские
самолёты), превосходно можно выучить исламца стрелять изо всего, что стреляет,
отлично они умеют взрывать автобусы и дома, ну просто отлично! Ведь жалость к
детям, которые должны были погибнуть при подрыве жилого дома в 5 часов утра, “мягчайшая
из религий” не предполагает, а потому она и не мешает умелым рукам подрывника.
Однако гексоген, пластид, АКМ, Стингер – это предел того, что может освоить мусульманский
человек. В этот неустойчивый мир Аллах встроил такой предохранитель, что возможности
Ислама, к счастью, не распространяются на что-либо выходящее за исполнительские
навыки. Чистый эксперимент являет собой Индостан: один и тот человеческий материал,
но если об одних людях из этой части планеты можно услышать только в контексте
фанатизма, захвата храмов, сожжения чего-нибудь (или кого-нибудь) и о прочих свирепствах,
то о других людях оттуда же новости, бывает, поступают и другого сорта, как, например,
известие от 6 августа сего года о том, что профессор M. Agrawal с учениками из
Indian Institute of Technology in Kanpur разработал полиномиальный тест простоты.
Ключевые слова (до смысла) были сказаны при сожжении остатков Александрийской
библиотеки: “Если в этих книгах есть мудрость, то её всё равно не может быть больше,
чем в Коране, а всё то в этих книгах, что выходит за пределы Корана, не нужно
правоверным”. Спасибо тебе, полководец, памятник бы тебе от благодарного человечества!
Короче, ребята, молитесь усерднее своему Аллаху, женщин своих плотнее кутайте
в чадру, побивайте друг друга каменьями, отрубайте друг другу руки и бошки, раз
уж такова воля этого вашего аллаха, но только – в порядке большого одолжения –
не лезьте вы со своим гексогеном и фанатизмом в цивилизованный мир, и без вас
проблем много. А никакой работы никто в мире от вас не ждёт, молитесь и плодитесь
спокойно, мир вас прокормит, сколько бы вас не развелось.
Кто-то
забавляется, подписываясь псевдонимом “Гамаль”, большинство американоидов благодушно
подначивает шутника. Но дело даже не в том, что шуточки типа телефонных сообщений
о заминированой школе давно уже не проходят по разряду юмора, пусть даже и чёрного,
дело в том, что шутки с негуманоидами это вообще ошибка, т.е. нечто худшее (по
Талейрану), чем преступление. Не надо шутить над прямолинейными высказываниями
адепта (или приколиста?) свирепого тоталитарного вероучения. Лучше задумайтесь,
гайз, кто-нибудь из вас что-нибудь слыхал о таком предмете, как “мусульманский
юмор”? А насчёт судьбы британского писателя Залмана Рушди слыхали, небось? Ну
то-то же.
Короче, есть единственно верное правило поведения людей на территории
прайда: зверей не дразнить, не кормить и не пытаться приручать.
Из контекста “в белом венчике из роз” что там дальше у Блока – Иисус Христос? – убрать это нахрен, как совершенно дикую, понимаете ли, добавку, а вставить, например, “к нам приходит Дед Мороз”, очень свежо, новогодне и, главное, евро-диаспора не будет оскорблена.
|
|