Предоставляю отрывки из своей неопубликованной книги “Невидимое – вижу”, общий жанр (стихи? проза?) неопределимый. Сразу замечу (ибо, по опыту знаю, могут не поверить), данная книга НЕ является собранием или обработкой фольклора, народных мудростей, выписок из философских трудов и т.д. Эта книга вся создана автором, моя поэзия. Не надо определять тему книги по данным отрывкам, единой темы нет. Идеологической направленности и сектантства в книге тоже нет: это авторские видения тайн Бытия и Небытия, которые не навязываю. Местами – обостренная лирика. Такое краткое объяснение необъяснимой реальности (о которой и есть книга) – подобно молчанию, поэтому мне довольно и того, если запомнится хотя бы название моего создания.

* * *

ОГОНЬ ВЛАСТИ

Власть вещего огня, ты велика над нами. Мы тянемся к огню, а ведь его, мохнатого, перстами только тронь! И – мигом пропадешь в багряной пасти. Но есть иной огонь – коронной власти! Он для меня – что ветреный мороз. Как суть его, легко развею иней вскользь, пусть в блёстке каждой смыл живет и тает… Но то, что тает, исчезает не для всех.

В огонь власти кучей лезут, ну и горели бы… Но начинают драться и огонь затаптывают.

Огонь власти принимает грешного и безгрешного, но не терпит соперников.

Власть – от Бога? Но почему она бывает кровавой? Чтоб закрутить спираль Истории? Или власть – свободный выбор массы: Бог дает варианты и не вмешивается? Власть – от Бога? Но почему никогда не бывает божественной! Может, власть – соблазн? Творческий Гений – от Бога, и он – божественный. Божественному – соблазны чужды.

Власть – лабиринты. Знают, как войти. Войдут – не знают, куда идти? Покажут выход – не захотят выйти. Как сумасшествие, сознанья “хронос кенос”.

Жажда власти – во имя Отечества? Спасителей Отечества так мало, что можно смело сожалеть: в правительстве их нет.

Властителя облизывать опасно и противно. Таких и бес, приблизив на мгновенье, презрительно растаптывает сам.

Власть общности людей или монархия? Всё одинаково, коль разум спит, и нравственность убита, словно птица.

Ограбленный народ – ступил на грабли. Ступил бы – ладно… Да весь путь – по граблям!

Безнравственностью против власти – протестовать? Но сверху – все и всё такая мелюзга! И главное – граблей не видно! Грабителей – тем паче…

Что знаем о казне народной? Казна – что казнь. Пора опять пополнить: полёты цен, почти как саранча.

— Эй, затяните туже пояски!

А пояски давным-давно – на шее. Потом – лишь ЗОЛОТЫХ ШАРОВ КАЧАНЬЕ...

А любящих не власть, Отечество и Землю в крестах сиреневых, вот их куда? Все сумасшедшие – исчезнут средь сирени, с которою не сладит даже власть. Кресты погостов и церквей воздетых – наверно, Господу сирень напоминают…

Безвластье – хаос, власть – есть тоже хаос дикий, прикрытый сеточкой закона. Что благо: сеточку убрать, или ее железной сделать? Молчанье рыб – ответы на вопрос.

Любая власть – лишь бунтом рождена, и порождает новый бунт и хаос, который есть – опять желанье власти. Власть – странная субстанция и странной формой жизни пульсирует во мраке. И если - вечна, значит даже тут – заложены законы Бытия.

Народ и власть едины? Они – есть полюса, что далеки и не сойдутся, но жить не могут друг без друга.

Земля – во власти Солнца, отсюда и пошли круги, сужаясь до земных понятий. А если их поймем, мы сможем выбраться за ВСЕ круги?

СПИРАЛЬ ТОЛПЫ

Земля (толпой) – являет катаклизмы и мстит толпою этой же толпе. Не надо говорить, толпа – народ. Народ – есть распылённость по пространству, селенья в глухоманях и семья, взгляд на ПЕЧАЛЬ СИРЕНИ в палисаде, что в мрак крестами тихо полетит. Народ – ушедших корень родовой. Народ – единоличники сплошные, и не визжат закручено в спираль, которая всё рушит, раскрутившись.

Но что же собирает всех в толпу? Какая-то таинственная сила, и силе той перечить бесполезно… Толпа – есть вечное желание людей. Толпа властителя растопчет, что улитку – она желает хруста под ногами.

Толпа – себя давя! – рычит, как зверь могучий. И разум все в толпе теряют поголовно, ведь у толпы есть голова одна, которую никто-никто не видел, но чётко ощущал и безысходно, когда пылинкою плыл в общем теле…

Толпа – заман, заман неотвратимый. В ней БЕЗГОЛОСЫЙ – может крикнуть так, что слаще нет отчаянью исхода. И всё равно, чем кончится исход! Лишь броситься бы в страшную воронку! И выплеснуть, что выплеснуться может. Толпа – наркотик древний подсознанья.

Иль время видоизменило до мутанта инстинкт, что вложен был природою во благо: когда уж всем невмоготу – собраться кучей, чтоб выжить человечеству и не погаснуть…

А над толпой зомбирующий демон – толпа послушна и покорна вся, и делает он с нею, что захочет… И вертит, как распущенной девахой. И удовольствия громадный визг – колышется, созвездья удивляя. И общая громада-голова вдруг превращается в змеи головку, которую баюкает “свирель”. Ох, в этом состоянии толпа – мне кажется ужаснее, чем в гневе…

А если над толпою светлый гений – то изменяется толпа внезапно: вдруг раскрываются глаза и души. И, сострадая гению пресветло, все возвышаются до тех высот, что всем по одиночке – недоступны. И светлый вихрь достоин удивленья и размышленья – что же есть толпа?

Умолкнет гений – и толпа иная, лишь в душах сохранится тихий свет.

* * *

Ты можешь наступить на тот цветок.

Тем более, он – не наступит на тебя!

Но ведь никто не знает – что случится дальше…

---------

© Татьяна Смертина. Из книги “Невидимое – вижу”: “Три розы…”; Огонь власти; Спираль толпы; “Ты можешь…”
© Татьяна Смертина. Фото: Золотых шаров качанье; Печаль сирени.