Наверное, у каждого, прочитавшего книгу Игоря Южанина «Литературные пародии», появится желание поделиться впечатлениями.

По-моему, если бы И.Ю. вообще не написал ни строчки, то, всё равно, мы ему должны быть благодарны за великолепную подборку стихов пародируемых авторов. Это, как правило, известные стихи или очень интересные новые произведения.

Вызывает уважение, как добротно и тщательно книга оформлена. А замечательные фотопортреты сами по себе являются произведениями искусства.

Автор, безусловно, хорошо знает, любит и понимает российскую поэзию в довольно широком диапазоне.

Что касается самих пародий, то, на мой взгляд, Игорь Южанин самое яркое и самобытное явление в этом разделе нашей литературы.

Читая книгу, поражаешься щедрости его таланта, восхищаешься Его работоспособностью, эрудицией, юмором и поэтическим мастерством. Это новый этап в нашей стихотворной пародии.

Ведь как было до него. Пародист выдёргивал из текста неудачную строчку и всласть ёрничал на радость нам. Приведу пример. Поэт писал:

Я в России рождён, родила меня мать…
С. Островой.

Пародист Зиновий Паперный действовал таким образом:

Я в России рождён, родила меня мать,
Бабки не было дома, чтоб меня бы рожать.
Тётка тоже в то время в отъезде была,
В силу этих причин меня мать родила.

Читатель недоумевал, неужели автор Сергей Островой такой идиот, смотрел первоисточник, а там вполне удобоваримое стихотворение:

Я в России рождён, родила меня мать
В пору яблок и в пору созревшего хлеба
и т.д.

Поэт Игорь Южанин берёт на себя смелость пародировать шедевры или, по крайней мере, хорошие стихи. Он, практически, не занимается поиском мелких недостатков. Приводит оригинал целиком, работает со всем текстом и почти всегда добивается успеха.

В книге есть стихотворение, в котором автор представляет нам своё кредо пародиста. Оно позволяет понять на сколько глубоко и серьёзно И. Ю. относится к творчеству:

Определение пародии

…Это - ловля ошибок и блох,
Это – в кухне с утра опохмелки,
Это – съеденный на ночь горох,
Это – лезвия скрип по тарелке.
Это – свет отражённый звезды,
Это – свист вместо «Браво!» и «Awesome!»
Это – юмор, что площе воды,
Это – вместо духов – хлорофосом.
Это – мудрость, что множит печаль,
Это – поле, что просит прополки.
Поэтическая пастораль,
Где соседствуют овцы и волки.

Несомненным успехом книги являются пародии на Марину Цветаеву, Роберта Рождественского, Арсения Тарковского, Льва Лосева, Игоря Губермана, Александра Габриэля, Бахыта Кенжеева, Андрея Вознесенского ( Лонжюмо) и многие другие.

Разумеется, есть и неудачи. Это пародии на знаменитые«Стансы» Бродского, на «Идут белые снеги» Евтушенко, пародии на Блока и Бодлера. Целый ряд пародий неоправданно растянут и нуждается в сокращении. ( Поле настоятельно просит прополки )

Но давайте сначала просто полистаем книгу и насладимся успехами автора, хотя бы в том объёме насколько это позволяют размеры статьи.

На первых страницах шедевр, нет – два шедевра.

Большое стихотворение Иосифа Бродского « Письма римскому другу» и пародия более чем в пятьдесят строк – « Письма третьеримскому другу». Вот две короткие выдержки из них:

… Посылаю тебе, Постум, эти книги.
Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Всё интриги?
Всё интриги, вероятно, да обжорство.

Я сижу в своём саду, горит светильник.
Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных-
Лишь согласное гуденье насекомых.
И. Бродский

…Кто в Кремле, в колонном зале чьи портреты
На стенах висят, кого в премьеры прочат?
Как на юге, в Дагестане или где там,
Неужели до сих пор в сортирах мочат?

. Впрочем, что мне, - я отшельник и затворник,
Будут книги, будет день и будет пища.
Я пошлю тебе засиженный свой сборник,
Мухи редко ошибаются, дружище…
И.Южанин

Как верно сказал И.Ю. , что пародия - свет отражённый звезды. Мне, кажется, здесь это особенно чувствуется.

Листаем дальше, Лев Лосев пишет:

В похабном слове нет вреда,
а коли есть – терпи бумага.
По-русски часто смерть – п..да.
Влагалище – и вход и влага…

И.Ю. отвечает:

…Что хочешь с «поездом» рифмуй,
В похабном слове нет юродства.
Лев Лосев, как поэт, не х.. ,
Но… удивительное сходство.

Каков поэт – таков и ответ.

А вот Марину Цветаеву хочется цитировать целиком:

В мозгу ухаб пролёжан –
Три века до весны!
В постель иду, как в ложу
Затем, чтоб видеть сны…

И.Ю. резво подхватывает мысль:

…И не ныряйте в прорубь,
Как нерпа или морж!
В постель! Без гардеробов
И злобных билетёрш

Спешу к виденьям ярким,
Как в ложу: видеть сны!
Хотите контрамарку?
Есть место у стены.

Известное стихотворение Роберта Рождественского «Пресмыкающиеся» заканчивается так:

…Что это,- завидев брюки,
которым, копейки цена,-
к ним подползает на брюхе
прославленная страна!

Бредя чужой валютою,
покорно ждут у дверей
внуки солдат Революции,
дети богатырей!

И.Ю. обидно за державу и он выдаёт «Ответный ход»:

На мне всё с иголочки – стильное
( не только в душе патриот).
Сверху: « 2-я текстильная »,
Пониже чуть-чуть: «Скороход»…

…Представился, мистер зажмурился,
Похлеще, чем картой кредитною:
«Рождественский, внук революции
и сын лейтенанта Шмидта»!

А далее следует россыпь иерусалимских Гариков Губермана и не менее качественные перлы его тёзки из Сиэтла:

Ручей из русских берегов,
Типаж российской мелодрамы,
Лишась понятных мне врагов,
я стал нелеп, как бюст без дамы.
И.Г.

От чуждых русских берегов
Свалил к местам родных экзотик.
Без коммунистов и совков
Нелеп, как х.. без крайней плоти.
И.Ю.

Хочу остановиться и не могу. Вот из Love story Александра Габриэля:

…Не забуду закат цвета давленой клюквы,
выносящий за скобки сияние дня…
Не забуду и три неприглядные буквы,
на которые ты отослала меня.

И ответ И.Ю. – Glove story:

…Я прочёл вам стихи, строк моих каждый звук вы
Отражали на бледном лице,
Ваши губы шептали волшебные буквы:
Букву «П», букву «О», букву «Ц».

Наверное, всё-таки, пора заканчивать это литературное пиршество. Вот вам на десерт. Не задумываясь особенно о том, что он поёт, соловьём заливается автор. Не менее раскованно и лихо ему вторит в ответ пародист:

Крым похож на цветущий лобок.
Тайна ног – в пучеглазой пучине.
Вероятно по этой причине
Здесь бывали и Пушкин и Блок.
С.Соловьев

Анатография.

…Ароматы струил ветерок,
Как от старого химкомбината.
До свиданья душистый лобок,
К Сивашу подъезжаем, ребята.
И.Южанин

И, наконец, мне хочется, используя метод И.Ю., на примере Трёх последних, весьма достойных, работ подробней поговорить об удачах и неудачах автора.

Вот перед нами милое, грустное стихотворение Виктора Кагана:

…Живу травою в поле и травою
Вновь прорасту, А больше – ничего.
И ветер пронесётся надо мною
И не узнает места моего.

А для безжалостного Игоря это « Круговорот кагана в природе » :

…Пересеку рубец, сычуг, кишечник,
Освобождаясь от ненужных уз,
И завершит круговорот извечный
Корова, уронив на землю груз.

Редкий случай, когда пародия становится выше оригинала. Стихотворение забывается, а она запомнится надолго. Стопроцентное попадание.

Но со стихотворением Александра Городницкого «Воробей» этого не произошло. Я не знал его раньше, но со второго, третьего прочтения запомнил наизусть, так оно мне понравилось:

…Только он мне единственный дорог,
Представитель пернатых жидов,
Что, чирикая, пляшет «семь сорок»
На асфальте чужих городов.

А пародия « Чик-чирик » не получилась:

…Я и ночью бухаю и днём…
И не часто сижу я орлом…
(видимо запоры?)

Я – простой, чуть обрезанный парень…
Хоть в душе я, конечно, Гагарин…

Здесь стих заслоняет пародию, она не дотягивается до него, Ей не уютно и неловко стоять рядом с ним. И ещё, вам не слышится – «лезвия скрип по тарелке»?

И последнее. О Лиле Brick – Лиле Кирпич.

Во-первых, это никакая не пародия и Чичибабин здесь не причем. Это произведение « по мотивам». Во-вторых, здесь имеет место великолепная находка – Лиля Кирпич – находка потому, что она действительно тяжеленным кирпичом висела на шее поэта. Но само стихотворение, на мой взгляд, кощунственно и грубовато. В нём автор опускается до уровня своих хулителей в «Самиздате» :

…Мне во спасенье поставь могарыч…
Лиля Кирпич…

…В жизни не видел подобных б…ищ…
Лиля Кирпич…

…Лик твой суконный, мой жупел и бич…
Лиля Кирпич…

Могарыч и бич здесь явно для рифмы. А почему неё суконный лик? Конечно, понятна боль и обида автора за Владимира Владимировича. У меня тоже сердце обливается кровью, когда я представляю поэта мечущегося, как затравленный лев, перед дверью, за которой она занимается любовью с Осей. А как она выпрашивала у него «автомобильчик » из Парижа. И он, на все заработанные франки, привез ей шикарный лимузин, в котором Лиля Кирпич демонстративно и нагло разъезжала по всей Москве. Она б…? Безусловно. Более того, она первая советская валютная б…

Но, вот вопрос. Имеем ли мы право так о ней писать и говорить. Имеем ли мы Право опускаться до заборной лирики и мазания дёгтем ворот «подлой изменщицы»? Наверное, нет, не имеем. Не имеем права потому, что в истории она существует, как частица Маяковского.

Вспомните, что писал о любви поэта ( в данном случае поэта вообще ) Борис Пастернак:

Где лжет и кадит ухмыляясь комфорт,
Где трутнями трутся и ползают
Он вашу сестру, как вакханку с амфор,
Поднимет с земли и использует.

А какие строки посвящает этой « вакханке ». В.В. на какие высоты он её поднимает:

Поэт сонеты поёт Тиане,
а я весь из мяса, человек весь -
тело твоё просто прошу, как просят христиане
«хлеб наш насущный даждь нам днесь».

Не думаю, что Маяковский рукоплещет этой пародии из загробного мира. Скорее он вопрошает : « Какого черта и какое ваше собачье дело? Всё, что я думаю о ней написано, по крайней мере, в « Облако в штанах». Этим и руководствуйтесь. Да и в посмертной записке, насколько я помню, поэт просил не сплетничать. Какое мы имеем право отказывать ему в этом?

Но это частности.

В целом книга никого не оставит равнодушным. И я надеюсь, что её ждёт судьба бестселлера.

Нижний Новгород, 6.03.2008г.