Начиная с 20 января, после инаугурации Буша, политика США вступила в новый год. Он ознаменовался сменой главы внешнеполитического ведомства, который возглавила многолетняя советница президента Кондолиза Райс.

Сам Буш, по сообщениям прессы, с группой спичрайтеров переписывал свое обращение 21 раз и его удалось довести всего до 16 минут зачтения. “Сегодня Америка снова говорит с народами мира” – начал Буш. Говорил Буш мало, но не очень содержательно. Зато много раз повторил слово “свобода” - 27 раз, то есть на одну минуту спича приходилось 1, 7 свободы. Президент говорил о силе свободы, главного идеала американской нации, способной обеспечить мир и продвижение демократии. Он поставил задачу уничтожить тиранию в мире, который до сих пор находится в “цепях, которые диссиденты всего мира должны сбросить”. Были в речи и литературные метафоры, например, теракты 11 сентября он назвал “днем огня”.

Политические комментаторы начали сразу же читать речь Буша между немногочисленных строк. По словам бывшего советника президентов Никсона, Форда, Рейгана и Клинтона Дэвида Джергена: “Я думаю, президент раскрыл нам сегодня свою стратегию. Он не просто хочет победить в борьбе с терроризмом и тиранами саддамовского толка. Его цель – распространить идеи свободы на весь мир”. То есть, можно полагать так, что США и далее будут нести огонь свободы по всему миру. Вроде как олимпийский факел – прямо от Афин до точки доставки.

Тем более, что вскоре после инаугурационной речи Буш выразился в том смысле, что следующей целью освобождения от засилья тиранов и принесения взамен них свободы будет Иран.

Получается, что в смутных словах речи содержится жесткая программа внешней политики. К тому есть все основания. По военной мощи США сейчас нет равных. По-прежнему военный бюджет Америки превосходит бюджеты всех остальных стран, вместе взятых. США могли бы воевать сразу против всего мира. Посему были сказаны слова и произведены инициативы, согласно которым США более не станут унижаться перед своими союзниками по НАТО, не будут более нуждаться в их “коллективных усилиях” по наведению порядка в Ираке или где-либо еще. Не станут препятствовать и шуметь из-за вывода союзных войск из Ирака, как это было в случае с уходом испанского контингента.

Да, любого отдельно взятого тирана США может сковырнуть, в этом нет сомнения. Для этого есть способы массированных бомбардировок инфраструктуры страны. Заводы, связь, дороги, мосты, электростанции. Если этого окажется мало – предприятия пищевой промышленности, водоснабжения, медицины. С добавлением прецизионных ударов “умными” бомбами и ракетами с лазерным наведением, проникающими в глубину бункера с поражением прямо в темечко диктатора. Вопрос в том, что делать потом. Ибо бомбы-ракеты хороши для ликвидации диктаторов, но никак не подходят для внедрения демократии. Для этого нужно ввести в страну без диктатора своих советников, политических умельцев-технологов, экономических гуру и пр., а для их защиты – военный контингент. То есть – оккупировать страну. Это потому, что народ, не знакомый с демократией, воспримет методы освобождения от сатрапа как наносящие ему кровную обиду. А многие и к самому тирану будут испытывать симпатию и даже любовь. Народ все-таки отсталый и понять и даже простить это затюканным людям можно. И по своей темноте этот народ начнет нечто вроде городской и сельской партизанской войны. Ни дня без взрыва – что мы и имеем в Ираке. Только в самом конце января этого года был нанесен ракетный удар по американской базе "Марез" близ Мосула (24 трупа) и был потерян очередной вертолет (31 жертва). Понятно, что внедрять демократию среди взрывов непросто. К тому же запуганный народ боится и не хочет идти на выборы, которые есть самый главный инструмент демократии. Более того, запугана иракская полиция, откуда со страшной силой дезертируют стражи порядка. Как гласит английская пословица: можно силой загнать лошадь в воду, но нельзя ее силой заставить пить.

Понимание такой сложной композиции проявилось и в речи Буша. Он, наряду с идеей всюду нести свет демократии, высказал следующее соображение:

“Америка не будет навязывать свою схему демократии другим правительствам и странам. Наша цель – помочь другим государствам найти свой собственный голос и обрести свою собственную свободу”.

Отсюда некоторые обозреватели интерпретировали это заявление Буша как обещание смягчить внешнюю политику.

В общем, как положено политику, речь Буша неоднозначна и позволяет ее толковать противоположным образом. Какое из толкований верно, покажет текущая политика. Если выяснится, что насаждение демократии в каких-то местах очень дорого как в финансовом смысле, так и политического престижа (как кукурузы в Заполярье), если актуальным станет остроумный клич Ноги прочь от Ирака ("The New York Times", США 14 января 2005), или вопль с обложки последнего TIME – How soon can we get out ? (Когда же мы отсюда уберемся?), то на свет извлекут слова о том, что “Америка не будет навязывать свою схему демократии другим правительствам и странам”. А если повезет, то тут же вспомнят, что Буш поставил задачу уничтожить тиранию в мире, который до сих пор находится в “цепях, которые диссиденты всего мира должны сбросить”.

Но кое-какие детали проглядывают уже сейчас. Они проглядывают в словах Кондолизы Райс при ответах при ее утверждении на посту госсекретаря в Сенате (26 января 2005 г.).

Кондолиза Райс на вопросы в комиссии Сената по международным делам говорила так: “Во-первых, мы объединим сообщество демократий в строительстве международной системы, которая будет опираться на общие ценности и главенство закона. Во-вторых, мы укрепим сообщество демократий для борьбы с угрозами нашей общей безопасности и для устранения безнадежности, которая питает террор. В-третьих, мы будем распространять свободу и демократию по всему миру”. Как видим, второе лицо в правительстве (после президента) 50-летний новый госсекретарь США, которую влиятельный журнал National Review назвал "царицей внешней политики Буша" уже сегодня реальный кандидат в президенты на 2008 год, сообщила, что Америка будет вести весьма жесткую внешнюю политику и вмешиваться во внутренние дела других стран. Может быть потому, что не будучи генералом, как Колин Пауэл, не знает цены солдатской жизни. Кондолиза Райс недвусмысленно обозначила перечень первоочередных внешних врагов. По ее мнению, “в современном мире еще остаются аванпосты тирании, среди которых Белоруссия, Зимбабве, Иран, КНДР, Куба и Мньяма (Бирма), которым “США будут помогать в достижении свободы”. Она в своей речи также сравнила угрозу со стороны “исламских экстремистов” с той опасностью, которую в 20-м веке представляли коммунизм и фашизм. “Америка и свободный мир снова вовлечены в длительную борьбу против идеологии ненависти и тирании”.

При утверждении Кондолизы Райс некоторые сенаторы советовали также не упускать из виду Россию. Указания на 'незрелость' российской демократии прозвучали и в заявлениях Кондолизы Райс, когда ее утверждали на должность нового Госсекретаря.

Кандолиза не оскандалилась перед сенаторами и поведала:

“Что касается России, мы являемся свидетелями того, что на своем пути к демократии она потерпела аварию, и нет уверенности в том, что она добьется успеха. Недавняя история показывает, что мы можем тесно сотрудничать с Россией по общим для нас проблемам. И как мы это уже делаем, мы будем продолжать оказывать давление в пользу демократии и мы будем продолжать ясно давать понять, что защита демократии в России жизненно необходима для будущего американо-российских отношений”.

То есть, уверенности в том, что Россия добьется успеха в демократии сама, нет. А вот есть ли такая уверенность, что добьется с помощью США – тоже не совсем ясно. Райс только будет давать понять, что “защита демократии в России жизненно необходима для будущего американо-российских отношений”.

Дела у Райс много. Lenta.ru по этому поводу шутит так:

“Времени заниматься подобными изысканиями у нее предостаточно, отвлекающие факторы вроде семьи или активной личной жизни, к сожалению, полностью отсутствуют. Это, в свою очередь, не предвещает ничего хорошего ни для ее нынешних подчиненных, ни для международной политики вообще”.

На днях газета "Der Tagesspiegel", в ответ на позицию Райс опубликовала статью "Россия не враг" – в ней много позитивного о роли России в современном мире. Ключевая фраза в ней: “Общеевропейский порядок, направленный против России, функционировать не будет”.

Но многие газеты настороже. Дескать, Россия, конечно, не враг, но как бы и не совсем друг. Имперские замашки проявляет. На Украине хотела своего ставленника задвинуть в президенты, да с нашей помощью не удалось. Нет, амбиции опасные. Сама попытка Путина сконцентрировать в своих руках власть подозрительна. Отдает чем-то диктаторским. Да вот и западная пресса пишет, одни заголовки чего стоят.

• Россия: царь Владимир все крепче сжимает большого медведя ("The Independent", Великобритания) 27 декабря 2004, 12:20
  В нынешнем году президент Владимир Путин стал все больше походить на царя Владимира. Это был также год, когда г-н Путин объявил, что распад в 1991 году Советского Союза, стержнем которого была русская нация, стал "национальной трагедией огромного масштаба", и что Россия начала свертывать свой эксперимент с демократией в западном стиле в пользу доморощенного варианта "управляемой" демократии.
• Приготовимся к мести Путина ("ABC", Испания) 27 декабря 2004,
  Горбачев развалил Советский Союз. Ельцин расчленил коммунизм. Путин же пытается при помощи коммунистических методов сделать из России новый СССР. Причем, несмотря на то, что половина мира относится к нему как к демократу.
• Опасность режима Путина ("The Weekly Standard", США) 11 января 2005
  Режим Путина опирается на слишком узкую базу и слишком неэффективен, чтобы остаться у власти надолго.

Ладно, ограничимся далее только красноречивыми заголовками.

• Паранойя Владимира Путина изолирует Россию ("The International Herald Tribune", США) 30 декабря 2004
• Россия скатывается к диктатуре ("Los Angeles Times", США) 11 января 2005,
• Каспаров опасается 'жестокой диктатуры' ("Die Welt", Германия) 12 января 2005.
• Риски Путина ("American Enterprise Institute", США) 17 января 2005.
• Жесткие грани Путина ("The Washington Post", США) 18 января 2005.
• Конец империалистической эпохи России ("United Press International", США) 18 января 2005.
• Путину впервые подул навстречу ледяной ветер ("Der Standard", Австрия 19 января 2005), - это о демонстрациях пенсионеров, там замечено, что Путина на транспарантах поносят как убийцу стариков и детей, а это еще несколько недель назад было немыслимым делом.

• Политическая карьера Путина, стремящегося к полному контролю, недолговечна' ("Council On Foreign Relations", США) 21 января 2005.
• Отпор Путину ("The Economist", Великобритания) 21 января 2005.
• Путин в затруднительном положении ("Time", США) 25 января 2005.
• Путин Первый: опасный царь ("Corriere Della Sera", Италия) 26 января 2005.

Конечно, это отбор статей. Есть другие, но их гораздо меньше, чем первых.

Например, Несправедливо сравнивать Россию с нацистской Германией ("Los Angeles Times", США) 12 января 2005.

Ясно, не справедливо. Но, стало быть – сравнивают.

При желании можно набрать статей и против Буша.

Вот, скажем, американский режиссер Мартин Скорсезе, известный своими вестернами, пошел неверным путем режиссера Михаэля Мура и выдал в интервью "Die Tageszeitung", (Германия) от 19 января 2005. о команде Буша: “это преступники”.

А далее поведал:

“Ужас, который нам, видимо, предстоит пережить в будущие столетия, это мировая война, в которой будут бесконечные убийства, как в средние века. То, что происходит у нас, уже вызывает тревогу: Клинтон оказывается замешанным в сексуальный скандал - тут же начинаются крики об импичменте; люди Буша, напротив, лгут, обманывают, можно привести целый список их преступлений - и что происходит?

И это заходит так далеко, что сегодня в Америке уже становится трудно высказывать свое мнение. Что-то говоря, уже приходится проявлять осторожность”.

Сам Скорсезе, как видно, не слишком проявляет осторожность в высказываниях о Буше. Наверное, не так уж это и опасно. Точно также, как и в России не опасно резко отзываться о Путине.

Ладно, Скорсезе - это режиссер. Но вот газета "New Statesman", (Великобритания) от 18 января 2005 тоже озаглавливает статью в голливудском духе: “Станет ли реальностью фильм ужасов 'второй срок Буша? “

До всеобщей мировой войны, слава Богу, пока далеко. Есть еще время немного порассуждать о судьбах мира. Сделаем это.

Путин не стал другим по сравнению с первым сроком, когда он вызывал, в основном, признаки удовольствия у западных политиков и западной прессы.

Просто сейчас положение России немного укрепилось. Усилилась она. Так что может себе позволить даже удвоить пенсионные надбавки и увеличить денежное довольстве в МВД на 30 процентов, чтобы унять народные волнения по поводу монетизации льгот. Настроение населения тоже меняется в сторону отчетливой тоски по прошлому единству страны. Хорошо, дескать, когда можно было ездить на Украину или там в Грузию без виз. Вот было бы здорово вернуть те времена. А это и есть массовая, так сказать народная, основа так называемых “имперских амбиций”. Ибо поддержку будут получать (и получают) те кандидаты от партий, в программах которых пусть и завуалировано, говорится об укреплении экономического и политического “пространства в рамках СНГ”.

Недавно этот народный позыв проявился в новой песне Газманова “Я рожден в Советском Союзе, сделан я в СССР”.

Всякое соединение частей требует некоторой централизации власти. Это неизбежный социологический закон. Так было во времена Гарибальди в разрозненной Италии, во времена Бисмарка при восстановлении единой Германии, в США при попытке конфедератов отколоться и вовсе возникла гражданская война.

Отсюда и политическая идея Путина об утверждении предложенных Путиным кандидатур губернаторов Советом Федерации. Здесь нет никакого особого отступления от демократии. В первый период Ельцина, которого иногда противопоставляют “диктатору Путину” как отъявленного демократа, губернаторы тоже назначались. Назначаются они и в Австралии, равно и как префекты во Франции и еще в массе вполне демократических стран.

Продажа Юганскнефтегаза за колоссальные неплатежи ЮКОСа тоже не в большей степени нападение на демократию, чем, например, банкротство Энрона и прочих акул американского бизнеса (и судебные процессы над их руководством).

Конечно, есть некоторая неприятность, побочный эффект от этого неизбежного сегодня “укрепления властной вертикали”. Самая главная неприятность: в патерналистском сознании населения Путин становится “хозяином”. То есть, ответственным за все. За чиновников, которых назначили губернаторы, они и отвечают. Но если ты, Путин, назначаешь губернаторов, стало быть, отвечаешь за их действия. И за всех чиновников. За все! Вот и появились в руках пенсионеров плакаты: “Путин- убийца народа”, “Позор Путину, который обокрал стариков!”, “Мы боролись с фашизмом, а нас грабит Путин!”, “Долой Путина!”, и как апофеоз: “Банду Путина – под суд”. Рейтинг Путина от этого страдает: понизился от пенсионерских криков на 4%. Но это не так много, все равно остается порядка 70 – невиданный для любой демократической страны. К тому же огромный стабилизационный фонд и валютные резервы (124 млрд. долларов – в основном за нефть-газ) позволяют раздавать населению всякие повышения пенсий, зарплат и стипендий (на это дело уже кинули 4 млрд.). Лишь бы не снижался рейтинг Президента, который (рейтинг) есть главный гарант успешности укрепления государства. А революции, которой пугает в статье "Опять у последней черты" МК от 28 января 2005 г. Александр Будберг, и которая, по его мнению, может проистечь от пенсионерских эскапад на дорогах, не будет. Революцию делают молодые, и не от недостатка хлеба, а всегда под идею “нового справедливого общества”.

В сети имеется так называемый "Johnson's Russia List" – русский список Джонсона. Дэвид Джонсон – это предприимчивый американец, который, (не зная русского языка) интересуется Россией. Ну, не просто так. Он, как настоящий американец, интересуется также американскими долларами. Как “руссист” он лет 10 назад стал собирать из американской прессы статьи на русскую тему (в Интернете) и рассылать по спискам всем желающим. Сначала бесплатно. Потом начал обращаться за donation (пожертвования). И уже не как руссист, а как бизнесмен, снимать с рассылки тех, кто не отозвался на призыв о donation.

Так вот, 24 января 2005 Джонсон обратился к американскому аналитику Айре Стросу (Ira Straus), и тот написал большую статью на тему: “Почему американские СМИ - как либеральные, так и консервативные - настроены одинаково антироссийски?” (а Джонсон разослал его текст по своему списку).

Вот самое интересное оттуда (сам Строс часто цитирует своего коллегу сербского публициста Бранко Милановича (Branco Milanovic):

“Обозреватели семьдесят лет выступали против СССР, а поскольку по некоторым внешнеполитическим вопросам позиция России совпадает с советской, у них возникает рефлекторное стремление перенести свою критику действий СССР в прошлом на сегодняшний день.

…. Из этого, по строгой, пусть и извращенной логике, вытекают постулаты, которыми, по мнению Милановича, руководствуются западные СМИ: о том, что у России не может быть законных интересов за пределами ее границ, что ее политика должна лишь служить интересам других стран, и что в любом споре на нее распространяется 'презумпция виновности'.

… Но если это устаревшие взгляды периода Холодной войны, то почему их придерживаются и молодые журналисты, которые пришли в профессию уже после 1991 г.? Объяснить это можно только своего рода 'корпоративной традицией' - глубоко укоренившимися аналитическими стереотипами. Во многих газетах и аналитических центрах тенденция выступать с антироссийских позиций и считать сторонников противоположных взглядов людьми, одурманенными российской пропагандой, просто вошла в привычку… Кроме того, я часто замечаю у молодых авторов своего рода 'ностальгию по Холодной войне': им хотелось бы стать героями этой схватки - вот только она закончилась до того, как они успели повзрослеть.

Россию рассматривают как державу, потерпевшую поражение в Холодной войне - примерно так же, как Германию и Японию в 1940 гг. Поэтому 'строптивость' России раздражает американцев. Другими словами, России следует признать свое поражение в Холодной войне, вести себя как подобает побежденной державе и держаться 'тише воды, ниже травы'. То есть: “всяк сверчок знай свой шесток”.

. . . Поскольку понятие 'прогрессивный' связывается уже не с социализмом, а с рыночной экономикой и 'приверженностью демократии', а последняя отождествляется с 'проамериканской' позицией, то Россия по определению оказывается по другую сторону баррикад”.

Ну и далее ряд менее значимых причин для поддержания стереотипа России как “опасной страны”.

В результате такого массированного давления у нынешних россиян возникает мнение, что Америка – это их враг. 25% населения России при опросах называет Америку главным врагом России в мире. И лишь незначительный процент называет Чечню, исламских экстремистов, террористов, Китай.

А вот опросы рядовых граждан США показывают, что это совершенно не так.

Строс пишет: “Когда американцев просят назвать главного врага Америки, Россию называют только 1-2%. Около 50% обычно дипломатически корректно отвечают, что у нас нет национального врага. Значительное число называет террористов, исламских экстремистов или Китай. Небольшая часть называет другие страны, например, Германию, Японию, Францию или Великобританию. Россия же находится далеко внизу списка. Массового чувства враждебности по отношению к России нет”.

Выходит, народное чувство, незамутненное и незашоренное профессиональными журналистами и политиками (!), гораздо точнее отражает состояние дел, чем это выглядит у профессиональных борзописцев.

Вот и бывший русский, ныне американский политолог Дм. Саймс (урожденный Симес) пишет:

“Страх перед Россией уже не играет существенной роли. Посмотрите на американские комментарии по поводу политической ситуации в России. Кто-то критикует ограничения свободы печати, особенно телевидения, кто-то — методы проведения российских выборов, прежде всего в Чечне. Кто-то недоволен тем, что слишком много людей из спецслужб находятся в кабинетах власти. Но я ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь из серьезных людей в Америке сделал следующий шаг и сказал, что в силу всего этого Россия снова превращается в угрозу Соединенным Штатам. Этого не говорят. Говорят, что внутренняя политика России может представлять угрозу для демократии, о том, что в долгосрочной перспективе Россия может превратиться в угрозу своим непосредственным соседям, но не Америке”.

А вот российская толпа пока более восприимчива к голосу гиен пера и политиков вроде Бжезинского, Хилари Клинтон или Кондолизы Райс. Может быть, потому, что многие российские СМИ с превеликим удовольствием цитируют именно негативные отзывы иностранной прессы и зарубежных политиков о России.

Посмотрите, например, какие статьи попадают в переводы сайтов inosmi.ru и inopressa.ru. Именно те, заголовки которых я выше приводил.

Будем надеяться на народный здравый смысл.